Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

"Читатель, я вышла за него замуж"

Часть первая (историческая справочная)

 
Cary Joji Fukunaga (July 10, 1977  (age 32)
Fukunaga graduated from the University of California, Santa Cruz with a BA in Historyin 1999 and attended Institut d'études politiques (IEP) de Grenoble,]and New York University in the Graduate Film Program. He has received several grants including a USA Rockefeller Foundation Fellowhship, the John H. Johnson Film Award, a Princess Grace Foundation Fellowship, and a Katrin Cartlidge Foundation Bursary. In addition to English, he is fluent in French and Spanish.
Fukunaga wrote and directed the short film Victoria Para Chino(2004) while at NYU, which screened at the Sundance Film Festival and received a Student Academy Award in 2005.He made his feature film debut with Sin Nombre. In March 2010 he began shooting a new film adaptation of Jane Eyre
Awads A U.S. Dramatic Directing Award at Sundance Film Festival in 2009. Cinematography Award at the Sundance Film Festival in 2009 Nominated - Independent Spirit Award for Best Director for Sin Nombre

Часть вторая (душевная)


Как и обещал вчера, попытаюсь порассказать немного о Кэри Фукунага, чтобы было легче предвкусить, что может дать такой человек собственной экранизации романа Шарлотты Бронте «Джейн Эйр». 
Дело это почти неблагодарное и очень рискованное. Сравнить подобный риск с успехом можно с ходьбой по теплому воздуху загадочных труб или полеживанию в весеннем саду на ветках сакуры. Если у вас возникли сомнения по поводу моих сравнений, то я постараюсь объяснить их суть. Вы можете представить себе тысячи пар глаз въедливых фанов-читателей всех романов сестер Бронте в целом и конкретных фанов романа Шарлотты «Джейн Эйр» в частности? А если вы попробуете добавить к этому скептически настроенных и брюзгливо отклячивающих губы фанов-зрителей всех предыдущих экранизаций, так любящих пораскидывать мыслишки типа: «Он слишком красив для Рочестера…» « В нем слишком мало грубой страсти…» «Вот этот достаточно хорош, а вот тот не дотягивает…» «Она не слишком неземная для этой роли…» «Да, вот эта именно та Джейн, и именно такая, какой должна быть…»
Не верите? Но я читал все это собственными глазами на шести языках… И отличались все эти вопросники друг от друга исключительно этими шестью языками. Все это крайне субъективно и малопоследовательно… Настолько субъективно и малопоследовательно, насколько результативной  может быть драка между фанатами двух футбольных команд, пытающихся заценить преимущества и недостатки голкиперов каждой, при помощи пивных бутылок в бумазейных пакетах и неподъемных мусорниц, стоящих вдоль ограды ближайшего к стадиону сквера… И это я тоже утверждаю, как очевидец…
Но оставим фанов «чего-бы-то-ни-было» ©. Они побьют нас в любом случае, о чем бы мы не пытались здесь порассуждать… Так что, спускаюсь к агнцам…
Итак, Cary
Он родился в Окленде Штат Калифорния… С детства вместе с родителями мотался из страны в страну, сменив Францию на Японию, а Японию на Мексику. Но это не имеет большого значения, как, впрочем, и то, что сейчас он живет в Нью Йорке, местечке не совсем подходящем для человека, который решился на экранизацию культовейшего английского романа.
А вот корни… Корни, чуваки, имеют значение. Особенно, если пятьдесят их процентов составляют восточные-японские, а вторые пятьдесят европейские в общем, и шведские в частности. Смешение наций это вообще вещь классная. Своеобразная метисность,  может дать интереснейший результат. Взгляд на вещи европейские человека, отец которого чистокровный японец, разительно отличается от мирорассматривания (обратите внимание, я сказал «рассматривания», читай «созерцания») их стопроцентным европейцем… А если ты миросозерцаешь Великую Британию глубокими вдумчивыми глазами Японца, то можешь увидеть всю ее изнутри в совершенно ином свете и мыслях. Не могу привести здесь покадровых фиксаций того, что Cary в своей Jane покажет совсем не тот Альбион, который привычен нашему взгляду. Права такого не имею, несмотря на то, что «не слышал, но видел…»  Он будет не лучше. Не пышнее и зеНелее. Просто -  другой. В этом сообществе есть снимок «Эльфика Джейн» на фоне пейзажа. За ее спиной дерево и пространство. А под ногами земля. Но совсем иное дерево. Совсем иное пространство. И совсем иная земля. Что-то светлое под ногами.  Камни? Лепестки сакуры? Время ли любования? Время ли любви?


Дерево с голыми ветками. Такие можно встретить и там, где восходит то, что дает жизнь всему. Время любви ушло? Грядет еще? «Где ты, любовь моя? Я иду!»
Итак, Cary.
На съемочной площадке он в одном месте и во всех остальных. Его часть там, где оператор. Вместе с ним он ловит мгновение, которое простому глазу не увидеть. И только камера и последующая раскадровка (то, что обычно делают с фильмами, где снимался Майкл, Елена (Pan) и Ольга (Lyon), может восстановить то, что происходило в тот самый отдельно взятый день и час. Фиксирование объективом чуда. Вы не сможете уловить это немедленно. У вас останется чувства вкуса во рту и тяжести внизу живота, когда Эдвард и Джейн будут смотреть друг на друга. Вы будете предвкушать и домысливать все мгновения их любви. Тех, что вам не покажут. Но позволят ощутить в прикосновении рук или губ, что хотят потянуться и дотронуться, наконец, друг до друга.



Не скрою, поклонник я Рочестера-Далтона. Далтона, которого, раз и навсегда, погубил Джеймс Бонд. И то, что было после уже не имело большого значения. Далтона страстного и сильного, подобного зверю в клетке, способного на любовь, разрушающую миры, и созидающую новые Вселенные.
Вот это отбабахал! Про страсть-то!  Кажется, такие запАлы ( от «жжОшь и палИшь) вполне в духе Елены. Прости, Солнце. Я уже, унимаюсь.
Итак, была такая небольшая история.
Рухнул «Грозовой перевал», где Хитклифа должен был играть Майкл (тот самый, которому этот блог и…). Фанаты спешили и оглашали пространство интернета ликующими воплями. Рано радовались. И мы вместе с ними тоже. И, кажется, даже по поводу этого самого огорчения приняли как-то втроем лишнего на грудь.
«Грозовой перевал»… «ТО, чего я никогда не буду иметь…» Любимая книга Майкла. Хитклиф. Любимый его герой.  Рочестер идет шаг в шаг следом. Такая история. Она не осталась за спиной. Она продолжается. И все еще покусывает за щиколотки, вылезая то там, то сям из прорех в плинтусе.
Хотя бы тем же пресловутым Тарантино, заявившего Майклу при встрече: «Слушай, чувак, неужели ты думаешь, что чувак, которому предлагали играть Хитклифа, может сыграть Landa?»
Ошибочка вышла, дорогой метр от кинематографа. А фильмец-то об ублюдках мог бы и посильнее получиться, замени кое-кто фиглярствующую клоунаду, на уникальную личностную двуликость объекта.
«Это сатана приходил! Ибо сказано в писании? Ликом черен, но прекрасен!»
Итак, Cary.
Он не ошибается. И подобно Франсуа Озону, начал бы снимать фильм с раз и навсегда им избранными кандидатурами, даже если бы средства на съемку были урезаны от двух, до двух с половиной раз. По счастью и такие режиссеры еще остались. И по счастью остались и те, кто деньги просто дает, не предупреждая, что «Вот этого чувака, лучше, как бы, на главную роль не брать…»  
По нашему счастью. Потому что фильм этот будет на века.
А мы будем спорить. А как же!
И будем возмущаться. Ну, конечно!
И он будет не тот! Слишком красив!
И она будет не та! Еще бы, ведь Алису уже испортить успела!
Но все-таки ждем. Ждем маленьких зеленых человечков. Где-то там. В подлунном мире, увиденном режиссером с японо-шведскими кровями в венах и удивительно светлыми глазами и головой. Нам повезет и мы увидим их танцы. И небо в алмазах. Встретим новых прекрасных людей. И они примут нас и простят. А иначе для кого они работают?
Я не прощаюсь. Мы еще поговорим. Именно для этого и существует Fassbender и его Way. Дорога без конца. А мы на ней просто путники. Спутники рядом.

Нота Бене)) Мнение не совпадало, не совпадает и совпадать ни с чьим прочим намерения не имеет. Печати и перепостам не подлежит. А то кик май эсс, хани)) Но подлежит исключительно чтению и последующему возможному наплевательскому забвению.
Эксклюзивно для  Lyon & Pan, их блогов и сайта.
Он же Ambrose Kovenant
Он же Дон Румата Эсторский из Арканара
Он же Alex Courtney of Fullham
(«И отчего это не я - Анна Ифедоренко, она же - Элла Каценеленбоген, она же - Людмила Огуренкова, она же - Изольда Меньшова, она же - Валентина Панияд"... На левой руке татуировка в виде голубя и три буквы: АНЯ...» ©